Не чужие...

Так случилось, что даже в нашем Хвастовичском районе возникла необходимость в иностранных рабочих. И причин этому много. Первая и основная – сокращение количества людей трудоспособного возраста. Не секрет, что подавляющее большинство молодых людей на протяжении как минимум двух десятилетий всеми силами стараются устроиться в городе. Из сельских поселений молодые люди перебираются в райцентр, деревни пустеют, и в тех немногих сельхозпредприятиях, что сумели остаться на плаву, все чаще сталкиваются с проблемой нехватки рабочих рук.

Жизнь диктует новые правила. Если тридцать лет назад эта проблема решалась привлечением молодых специалистов в родное село, что неизбежно влекло за собой строительство жилья и развитие инфраструктуры, то сейчас это не по карману сельхозпредприятиям. На сегодняшний день наиболее легкий путь развития производства – привлечение иностранных рабочих (не специалистов, а именно рабочих) из стран, расположенных на территории бывшего Советского Союза.

В нашем районе иностранные граждане работают в Еленском леспромхозе, в ООО «Верный путь» (с. Кудрявец) и в СПК «Коммунар» (с. Колодяссы). Как живется лщцям, приехавшим на хвастовичскую землю в поисках лучшей доли? По-разному. Зависит, конечно, от самих людей. Бывает, что приезжие чувствуют к себе негативное, но весьма обоснованное, отношение. Такие люди надолго не задерживаются. Жаль только, что именно по ним мы судим обо всей нации, забывая старую истину «Дураков везде хватает». Но, к счастью, есть и другие иностранцы – воспитанные и трудолюбивые, вежливые и тактичные. Они работают наравне со всеми, открыты для общения с местными жителями, не лезут со своими правилами и советами, уважают старших – в общем, живут так, как привыкли жить у себя на родине, так, как живет подавляющее большинство лщцей, независимо от национальности. И таким иностранцам вполне комфортно на нашей земле.

В Колодяссах уже третий год работают две узбекские семьи – Худойберди Тажиев с женой Мунаввар и Абдумалик Гурсунов с женой Гулноз. Я напросилась к ним в гости, чтобы из первых уст узнать о том, как им живется вдали от родины. СПК выделил трудовым мигрантам квартиру, правда, одну на две семьи, но это даже к лучшему – вместе не так тоскливо. Гулноз (на снимке слева), соседи называют ее просто Гуля, имеет высшее педагогическое образование, хорошо знает русский язык, поэтому общалась я в основном с ней. Когда я приехала, женщины только пришли с фермы, затопили печь и занимались каждодневными женскими делами – приготовить, прибрать, постирать... Мужчины были на работе, так что разговор у нас получился сугубо «девичий» (а значит – насыщенный и познавательный, с просмотром детских фотографий, с бытовыми подробностями, в общем, интересный).

Основной вопрос, который не давал мне покоя, – что заставило женщин, молодых (едва-едва за тридцать), симпатичных, образованных, оставить детей, горячо любимую родину (для этих женщин понятие Родина – не пустой звук!), родителей, и уехать Бог знает куда, в холод и серость, на самую грязную и непрестижную работу? Я не смогла спросить это напрямую, почему-то мне было стыдно, но, все же, я нашла ответ в их улыбках и тоскующих взглядах, в аскетической обстановке жилья, в отсутствии таких вещей, без которых я не могла бы прожить и недели. И найдя этот ответ, я поняла, что эти люди достойны как минимум уважения.

Кто из нас не мечтает о собственном доме? Большом, светлом, с высокими потолками. Где хватило бы места на всех Богом данных детей. Где нашелся бы уголок для престарелых родителей. Чтобы двери этого дома были открыты для всех друзей, чтобы вокруг дома росли фруктовые деревья... Вот и новые мои знакомые мечтают о том, чтобы их семьи жили в таких домах.

Эти две семьи живут в одной деревне, они дружат со школьной скамьи. Гуля – учитель географии, ее муж – медик. У Мунаввар (на снимке она справа) и ее мужа среднее образование, на Родине они занимались сельским хозяйством. Когда молодые люди поняли, что в Узбекистане им не заработать на строительство дома, они решили поработать в России. Им не было страшно ехать в чужую страну. Все-таки, они - советские дети, хоть и последние. Гуля говорит, что ее родители никогда не делили людей по национальному признаку, да и деревня у них многонациональная – и татары, и башкиры, и таджики, и русские, и украинцы. И никто никогда не делил соседей на «наших» и «не наших». Только – на честных и подлецов, на умных и глупцов, на веселых и угрюмых... Поэтому и не было страха оказаться чужими среди своих. Кстати, раз уж коснулись довольно скользкой темы межнациональных отношений, Гуля рассказала, что в Узбекистане, во всяком случае, в провинции, ровное и доброжелательное отношение к людям других национальностей вообще, и к русским, в частности. Может быть, в начале девяностых годов где-то в больших городах и были разногласия на этой почве, но с тех пор многое изменилось, и люди опять стали жить по Божьим законам.

Заодно уж поговорили и о религии. Конечно же, мои новые знакомые мусульмане. Они не едят свинину, для религиозных обрядов им не обязательно посещать мечеть, можно помолиться дома, что они и делают. Во всем остальном религиозные принципы Гули, как представителя мусульманства и мои (я хоть и не глубоко воцерковленный человек, но все же, считаю себя православной) не слишком отличаются от того, чему всех нас учили в детстве в школе и дома. Уважай старших; отвечай за тех, кто от тебя зависит; поступай с окружающими так, как хочешь, чтобы с тобой поступали; не бери чужого; следи за своими словами и отвечай за свои поступки; будь тактичным и доброжелательным... Вот и все мусульманство, такое страшное и неизвестное - не убий, не укради... Прописные истины. А все остальное – нюансы, порой к религии никакого отношения не имеющие.

У Гули трое детей – двенадцатилетний сын и две дочери - девяти и пяти лет. С какой тоской она смотрит на их фотографии, с какой гордостью рассказывает об их успехах! Сейчас они очень далеко, на расстоянии «одной тысячи долларов», их воспитанием занимаются многочисленные родственники. Боль от разлуки с детьми смягчается, когда Гуля смотрит на фотографии строящегося дома. Пока они с мужем зарабатывают деньги, там, дома, под руководством свекрови и сестры Гули, строится их собственное жилье. Осталось совсем чуть-чуть, один год, и они вернутся домой, к своей семье. Потом они будут работать по специальности – учитель и медик и в Узбекистане смогут прокормить своих детей. А пока им нужно дожить до следующей зимы...

У Мунаввар трехлетняя дочка. Маленькая черноглазая девчушка с крошечными сережками в ушках и озорной улыбкой. Как ни странно, но именно этой своей улыбкой она привязала своих родителей к Колодяссам еще на целый год...

Мунаввар и Гуля приспособились вести дом по-узбекски даже в наших условиях. Пекут вкуснейшие узбекские лепешки, выращивают теплолюбивые овощи и много зелени, готовят какой-то особенный кефир... На всякий случай я спросила, не думали ли они переехать к нам насовсем, с детьми и родителями. В ответ – категоричное, но совсем не обидное «нет!». Наверное, испугавшись, что я могу обидеться, тут же поясняют – очень холодно, солнца практически нет, зима с сентября до мая включительно, одежда тяжелая, сапоги носить нужно... Но самое главное – солнца мало! Гуля добавила: «Это твоя Родина, а наша ждет нас.»

Что ж, Гуля права. Это – моя Родина. А ей большое спасибо за то, что относится к моей Родине бережно и с уважением, что старается понять ее, а не переделать под себя, изменить, как это иногда происходит в больших городах не только нашей страны, но и всего мира. То и дело мы слышим о вопиющих конфликтах на почве межнациональной неприязни, но крайне редко задумываемся о том, насколько больше примеров мирного, добрососедского сосуществования людей разных национальностей.

Наверняка есть и другие трудовые мигранты, те, кто в любом месте, даже у себя на родине, будут чувствовать себя чужими. И решающий фактор здесь совсем не национальность...

Оксана Куликова