Константин Парамонова добавлен комментарий в В лесу прифронтовом!
Доброго времени суток. Меня зовут Парамонов Константин. Я родственик Симакова Сергея Устиновича. Моя прабабушка Наумова Прасковья Михаиловна, её мать Симакова Акулина Сергеевна. Если есть родственные связи прошу писать на мою почту для восстановления древа родства pkg@inbox.ru Спасибо.
На первый взгляд моя сегодняшняя героиня ничем не примечательна, но тем и интересна мне её судьба, что она как нельзя лучше отражает судьбу целого поколения женщин. Родившиеся в последние довоенные годы, они не знали слова детство, у них не было юности в том смысле, который мы вкладываем в это слово, всю жизнь на своих плечах они несли все тяготы, которые только могут быть в жизни человека. И пройдя через всё это, они не потеряли способность радоваться жизни и надеяться на лучшее.
Брулева Мария Владимировна

Мария Владимировна Брулёва родилась в 1936 году в Красном. Она была одной из четверых детей в семье. Не могу не сказать о том, что её мама родила одиннадцать детей, но, не дожив до четырёхлетнего возраста, они умирали. Кто от кори, кто от скарлатины. В живых остались только четверо — два сына и две дочки… Но и этого показалось мало судьбе. Незадолго до войны бедная женщина овдовела. Что значит это слово? То, что в самые лихие годы она спасала троих маленьких детей от смерти, от голода, от холода, зная, что кроме неё у них никого нет. В одиночку ждала пропавшего на фронте шестнадцатилетнего сына, и ожидание это растянулось на семь долгих лет. Эти годы одиночества и лишений не могли не оставить свой след в её дальнейшей жизни, не могли не отразиться на судьбах её детей…

Самым ярким детским воспоминанием у Марии Владимировны осталась ночь, когда немецкие самолёты бомбили Хвастовичи. Вся война в её памяти слилась в одну ночь ужаса. Ещё она помнит голод, холод, маму, укрывавшую их от немцев, живность, спрятанную в подполе и унесённую немцами…

Когда закончилась война, Марусе было 9 лет, нужно было учиться в школе. Но не учёба была главным делом тогдашних ребятишек. Нужно было разрабатывать землю. В день по сотке. Это норма, которую должны были выполнить ребята после школы. Для подростков была другая работа, например, носить молоко в четырёхведёрных баках в Хвастовичи.

Один бак несли четверо пятнадцатилетних девчонок…

К восемнадцати годам Маруся, как и большинство её ровесниц, умела делать всю работу по дому и по хозяйству, не деля её на мужскую и женскую. Пахала и косила так же ловко, как и ткала, вышивала, пряла. Девичество в те годы было не особо беззаботной порой. Уход за скотиной, заготовка дров и сена, работа в колхозе и на огороде, рукоделие — вот из чего состояла жизнь тогдашних девушек. И всё же находилось время на танцы под гармошку, карагоды, гуляния…

Пришла пора идти замуж. Хотя в то время замуж редко выходили по собственному желанию, даже права выбора у многих девушек не было, что уж там о любви говорить. Замуж отдавали и брали. Чаще всего свадьба была обусловлена экономическим расчётом — нищета в родительском доме, недостаток рабочей силы в доме мужа, вернее, свекрови. Именно свекровь была главой семьи в подавляющем большинстве домов. Ведь красненские мужики редко бывали в родном селе, большую часть взрослой жизни проводили далеко от дома, плотницким делом зарабатывая на жизнь семье. Вот и получалось, что в доме жили бабы да детишки, и, выйдя замуж, молодая женщина зачастую становилась бесплатной работницей. Ни ребёнок в колыбели, ни беременность не являлись поводом отказаться от выполнения хотя бы самой тяжёлой работы. Кормящие и беременные женщины практически никогда не пользовались никакими привилегиями, даже за столом не могли рассчитывать на лишний стакан молока…

За два с половиной года Маруся родила троих детей. Через некоторое время ещё двоих. Мария Владимировна со смехом рассказывает о том, что красненские бабы всегда рожали в одно и то же время, все вместе. Мужья-то работали вместе, и домой приходили тоже вместе. А дети по селу, по словам Марии Владимировны, «кишели». Восемь-девять детей в доме — это норма. Всего в двух дворах было по два ребёнка, а остальные семьи — многодетные. Школа была переполнена, учились в две смены. На территории села было три колхоза, что немало способствовало разделению населения. Доходило до того, что выйти замуж на другую улицу считалось позором. Может быть, отсюда и пошла поговорка «Хоть за курицу, да на свою улицу»?

Работы было много. Женщины работали за себя, за мужей, зарабатывающих на стороне хоть какие-то деньги (на трудодни особо не проживешь), а то и за пожилых родителей, которые пенсионного возраста не достигли, но силы и здоровье порастеряли. К семи часам утра печь уже истоплена, приготовлена еда на весь день — чугун щей, чугун похлебки, чугунок каши или кулешу (молочной каши), иной раз картошка. Скотине корм должен быть уже наготовлен, сама скотина управлена. Не забудем о том, что вода — в колодце, а то и на речке, хлеб пекли сами, кроме скотины была ещё и птица, требующая немало внимания и заботы, детей полный дом, а их нужно помыть, обстирать, обшить, навязать одних носков несчитанное количество… К восьми утра бабы должны быть на работе, а к восьми вечера, еще неизвестно, попадешь ли домой. Труд был практически весь ручной, никаких средств защиты даже на такую работу, как протравка семян, не предусматривалось, обеденный перерыв — роскошь, доступная далеко не каждой работнице. А вот вчетвером разгрузить вагон, в котором сорок тонн зерна — это нормальная работа… А дома — скотина, огород, домашняя работа, которая уже работой не считалась, дети.

Именно в такой последовательности. И в то же время нет в Красном дома, где не было бы вышитых натруженными руками рушников, на полах не лежали бы чистейшие домотканые половики, кое-где сохранилось и льняное полотно, сотканное зимними ночами. А сколько пряли шерсти и льна! И до сих пор красненские женщины славятся своей чистоплотностью, опрятностью и проворностью в любой работе. Выросшие в атмосфере вечного тяжёлого труда нынешние сорока-пятидесятилетние женщины не представляют себе другой жизни, а их престарелые матери всё равно считают их бездельницами…

Прожив жизнь практически без мужа, Мария Владимировна, опять же, как и большинство её ровесниц, рано овдовела.

Замужем она прожила двадцать пять лет (из них два года — солдаткой), а со свекровью — сорок один. Вот такая судьба…

Сама Мария Владимировна говорит, что она выжила на плечах своих братьев, которые никогда не отказывали ни в какой помощи, зная, что кроме них и помочь-то некому… Видели они, как надрывается Маруся, жизнь проходит…

Сейчас Марии Владимировне семьдесят пять лет. Она мать пятерых детей, бабушка шести внуков. С грустью наблюдает она, как пустеют улицы родного села. Вновь и вновь вспоминает, сколько было дворов в Красном и сколько в них бегало детей, сколько мужиков было в селе, молодых, здоровых, сильных, сколько красивых и весёлых баб… Вспоминает балы, которые собирали по случаю рождения каждого ребёнка, складчины, которыми отмечали праздники, песни, которые пели, дроби, которые выколачивали на свадьбах… Весь уклад той жизни, в которой не было места счастью в нашем понимании этого слова, но которую очень жаль теперь, когда она ушла безвозвратно…

Женщины, бабочки, бабы…

Сколько вынесли они, сколько пережили… Я свято верю в то, что мир держится на их плечах, не видавших красивых платьев, на их руках, не знавших маникюра. Мир жив их слезами, их молитвами, их ожиданием и надеждой, их одиночеством. Ведь сколько бы ни было у них детей, редко у кого есть рядом молодое сильное плечо, на которое можно преклонить слишком рано поседевшую голову…

Марии Владимировне повезло — в отличие от многих своих ровесниц она не осталась одна под старость, о ней есть кому позаботиться…

Оксана Куликова

  1. Комментарии (3)

  2. Добавить свои

Комментарии (3)

This comment was minimized by the moderator on the site

Мой прадед Пантелеймон Андреевич Брулёв 1891 г.р., жил в д. Тросна Хвастовичского района. В 1931 году был раскулачен и вместе с семьей выслан на Урал. Как можно связаться с Марией Владимировной? Может быть мы родственники?

This comment was minimized by the moderator on the site

Моя бабушка жила в д. Тросна и рассказывала о семье Брулевых. Работящая и дружная семья. В советские времена в их доме был даже дом культуры, контора. У Брулева была падчерица Лида. Она уехала в Дятьково Брянской области Там ваши родственники, но не в Красном

This comment was minimized by the moderator on the site

Про Брулёвых из Дядьково я знаю. Мой дедушка поддерживал с ними связь где-то до 1970-х годов. Насколько мне известно, они нам не родственники, а однофамильцы. Сейчас связь утеряна. Еще меня заинтересовал тот факт,что была падчерица Лида. У моего прапрадеда была вторая жена, как звали не знаю. Может быть это ее дочь?

Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

  1. Опубликовать комментарий как Гость.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением