После освобождения района от немецко-фашистских захватчиков стали возвращаться домой мужчины. Люди залечивали раны, но многие жители Рессеты и близлежащих посёлков не вернулись домой. Оплакивала Рессета своих сожжённых и не вернувшихся с войны земляков. А жизнь продолжалась, несмотря на все горечи и потери. Люди стали выходить из землянок. В короткое время была создана строительная бригада. В неё входили: Ефим Павлович Герасимов, Иван Елисеевич Кондрашкин, Пётр Прохорович Ермошин и другие. Бригадой руководил Маркин Тимофей Михайлович. Построили 23 дома. Всеобщее горе и нищета сплотили людей. Жители помогали друг другу. Они недоедали, мёрзли, но держались. Восстанавливалось хозяйство Рессетинского сельсовета. За 1943—1947 гг. было построено в деревне Рессете 65 жилых домов. Строились хозяйственные постройки, ремонтировались старые. Но жизнь была слишком трудная. В Ресетинский сельский Совет в 1948 году входило следующее количество хозяйств:
1. Деревня Рессета 51 хозяйство
2. Деревня Мокрые Дворы 48 хозяйств
3. Деревня Харитоновка 28 хозяйств
4. Деревня Ловатянка 26 хозяйств
5. Деревня Фалеевка 20 хозяйств
6. Посёлок Кцынский 13 хозяйств
7. Посёлок Кудишкин 9 хозяйств
8. Посёлок Ключ 9 хозяйств
9. Посёлок Паршиков 8 хозяйств
Ю.ПосёлокСомкин 8 хозяйств
11.Посёлок Яшинский 5 хозяйств
(По сведениям районного архива (ФОНД-29,Опись — 1, Лист — 29).


Сразу после войны государство обложило деревню непосильными налогами. В течение долгого времени Рессетинским сельсоветом проводилась большая работа по сбору у населения яиц, молока, масла, шерсти, шкуры телят, свиней. Были установлены нормы сдачи. Сдавали ещё государству сушёную картошку. Варили её в очистках, потом мы — дети, чистили, резали в форме прямоугольника, и она на противнях сушилась в печке. После сушки картофельные прямоугольники становились хрупкими и жёлтыми. Картофель этот сдавался государству. Помню,
как нам говорила мама: «Режьте, деточки, картошку, еб отошлют на север братикам вашим» (два брата служили на флоте). Сдавали картошку бесплатно, насушивали большой картофельный мешок. Это была норма на каждую семью. Наложили налог на яблони, поэтому их почти не было, люди вырубали фруктовые деревья, чтобы не платить лишние налоги. А мы собирали яблоки в лесу, они были кисленькие, но казались вкусными. Собранные яблоки прятали в сено на чердак, чтобы они не помёрзли. В то время в народе ходила такая частушка:
Ах, Советская власть, до всего добралась:
И на мух, и на блох наложила налог.
Доводился сельсовету план по лесозаготовкам. На вывозке леса использовалась тягловая сила. Земля ждала рук хозяина. В колхозе не было ни лошадей, ни техники. Землю люди пахали на себе, на коровах. Нужна была помощь механизаторов, своих не хватало. Позже пришла поддержка из Берестнянской МТС Колхозам района была оказана помощь семенами, горючим, запасными частями для сельхозмашин. Механизаторами работали: Фёдор Прохорович и Пётр Прохорович Ермошины, Афанасий Павлович Ерёмин, Пётр Прокопьевич Ермошин. В колхозе действовали две кузницы: в деревне Рессете кузнецом долгое время добросовестно работал Фёдор Прохорович Ермошин, а в Ловатянке на совесть трудились кузнецами: Косёнковы Борис Сергеевич и Семён Андреевич.
Первое здание сельсовета было построено по соседству с конторой колхоза. Председателями работали: Косёнков Борис Сергеевич, Хохлов Иван Кириллович, Желудков Александр Семёнович, Газин Куприян Иванович, Фокин Фёдор Иванович, Газина Мария Васильевна, Алёшин Виктор Тимофеевич, Шашков Кузьма Акимович, Новосёлов Александр Ильич, Годунов Иван Кириллович, Маркелова Зинаида Фёдоровна. Секретарями сельсовета были: Герасимов Василий, Афонина Клавдия Афанасьевна, Косёнков Борис Афанасьевич, Маркин Василий Михайлович, Газин Куприян Иванович, Алёшин Виктор Тимофеевич, Герасимов Пётр Иванович. Много лет проработали секретарями сельсовета Марфа Герасимовна Кондрашкина, Анатолий Васильевич Маркин, Нина Сергеевна Петрашина. (По данным хозяйственных книг).
В 1948 году наша семья вернулась из Козельска в посёлок Кудиновский. Дом в посёлке сгорел, нас приютила тётя Даша Ермошина (папина сестра). V них было б детей и у нас 8. Так мы жили водной небольшой хате 18 человек, пока ни построили небольшое своё жильё с помощью жителей посёлка. Хотя и тесновато было, но своё. Люди постоянно недоедали: весной по грязи собирали на поле промёрзлую гнилую картошку и пекли из неё гопики (тошнотики), так называемые блины. На семью давали по 25 соток земли, независимо от количества едоков. Своих продуктов не хватало большим семьям. Разрешалось держать поросёнка и одну корову. Конечно же, ни мяса, ни молока, ни яиц не было. Молоко носили в д. Рессету для сдачи государству. Нам давали за молоко — обрат.
Мы были и этому рады. На заработанные отцами деньги (их отпускали зимой месяца на два на заработки) люди покупали масло, шерсть, чтобы рассчитаться с государством. Иногда сбивали масло сами в маленьких маслобойках, которые делали мужчины в каждом доме. Но всех нас спасал от голода лес. Собирали и солили грибы по целой кадушке (грузди, маслята, опята) и другие. Грибы также сушили и добавляли в щи вместо мяса. Дети и подростки ходили за ягодами, ели их свежими, варенье не варили, не было сахара. Так много тогда росло ягод: малина, брусника, черника, земляника, костяника…

Земляничная поляна, до чего прекрасна ты!
Встанем утром рано-рано, всё в росе: трава, кусты.
Друг за другом по дороге полусонные бредём.
Зябко. Даже мёрзнут ноги,
с нетерпеньем солнца ждём.
Из-за леса появилось, улыбнулось широко.
Вся поляна осветилась, стало весело, легко.
Земляника — просто чудо! Ароматна и сладка.
Вот и полная посуда. До свидания, лес, пока!

(Из стихотворения «Земляничная поляна»)

Когда дети шли из леса с ягодами, очень хотелось есть, поэтому из земляники делали несколько пирожков. Рвали молодые листочки липы, клёна, накладывали на лист ягоды, другим листочком прикрывали, пирожок готов — сразу его в рот. Как было вкусно! Ягодами мы угощали и своих престарелых родственников, нас отправляли родители к ним с ягодами. Собирали жёлуди, их мололи (почти у всех были свои самодельные мельницы), добавляли картошку, комбикорм, ещё конский щавель, сушёные очистки, и из этого теста пекли наши мамы хлеб. Тесто выкладывали на крупные кленовые листья и сажали на лопате в печь, когда уже загребли жар. После того, как хлеб был готов, его вынимали из печи горячий, пышный, «умывали» ковриги хлеба водичкой и накрывали чистым рушником. Мы ждали горячего хлебушка. Конечно, хлеб из такого теста был не очень вкусный, но сытный. Дети в середине осени всегда собирали крупные кленовые листья, связывали их в пучки и вешали в коридоре, потом их использовали при выпечке хлеба. Коровы давали мало молока, потому что кроме травы, сена да воды, ничем их не подкармливали. Нам мама наливала по полстакана молока, а чтобы было больше, мы добавляли воды до полного стакана. Так поступали дети в других больших семьях. Урожаи были невысокие. Работали колхозники от зари до зари. Надо выработать 365 трудодней, ещё их называли «палочками». Это была ежедневная, бесплатная, изнуряющая работа. Особенно трудно приходилось семьям, у которых отцы погибли на войне. Жены-вдовицы несли тяжкий груз на своих плечах и за погибших мужей. Помню, как к нашему отцу и старшему брату приходили женщины: то косы отбить, то что-то отремонтировать. Они всегда помогали им, также и другие мужчины не отказывали женщинам в помощи. Жизнь была очень тяжёлая, поэтому колхозники старались держаться вместе, верили в советскую власть, надеялись на лучшую жизнь. Вот это и спасало их. Какие работящие, сильные духом, добрые душой были в то время люди! Благодаря женским неутомимым жилистым рукам, не знавшим покоя, выжили наши семьи в трудное послевоенное время. Помнится, как во время летней страды шли под вечер с граблями, косами, вилами уставшие женщины и пели. Это просто было удивительно и запомнилось на всю жизнь!

Уставшие жёны, вдовицы
Под вечер с работы брели.
Ах, видели б вы эти лица,
Поющие песнь о любви!
Нижайший поклон вам, почтенье
За подвиг во имя страны.
За русскую душу, терпенье.
О, женщины, нет вам цены!

(Из стихотворения «О, женщины, нет вам цены!•)

Жизнь на месте не стояла, постепенно входила в русло, хотя далеко было ещё до нормальной жизни. Зимою, когда в колхозе особых дел не было, мужчин отпускали на заработки. Они шли плотничать в пос. Кудеяр, Мартынки. За работу получали деньги. Вот тогда нам папа со старшим братом Николаем приносили из магазина пос. Кудеяра настоящий чёрный коммерческий хлеб с удивительным запахом. На большую семью разрезали этот хлебушек, конечно, было мало, но вкусно! Легче было семьям, у кого кто-то из родных работал на производстве, за 3 км от дома был рабочий пос. Кудеяр, где шумели огромные Брянские леса, там шли лесоразработки. Это было в начале 50-х годов XX века. В эти
годы государство ввело гужевую повинность. Молоденькие девушки от 15 до 18 лет приезжали на лесоразработки из Мещовского, Сухиничского районов. Эта работа была непосильная. Расселяли девушек по домам. У нас тоже жили по шестеро человек. Спали на полу, на соломе, т. к. другого места не было. Жаль, что такие хрупкие, нежные девчушки выполняли трудную работу.
В 1950 году колхоз „Рессета“ соединился с колхозом „Новый мир“. Руководителем объединённого хозяйства избрали Сергея Сергеевича Герасимова. В 1956 году председателем правления избирается Семён Лаврентьевич Симкин. Колхозники трудились много, а за свой труд ничего не получали, хозяйство было бедное. Жилось трудно и голодно. На станцию Кудеяр приходили вагоны с товарами. За их разгрузку платили „живыми“ деньгами. Молодёжь окрестных деревень Рессеты, Мокрых Двориков, Ловатянки; посёлков Кудиновского, Шишкова сколачивала бригады для разгрузки. Часто происходили ссоры и даже драки за право разгрузить вагоны. На Кудеяре была и своя бригада. Вначале там построили бараки, когда шли лесоразработки. Заселили бараки бывшими зеками, то ли „лишенцами“, то ли ещё какой-то уголовной братвой. Так как там платили деньги, то жители окрестных деревень стали туда переселяться (жениться, выходить замуж за кудеярских). Все выгодные работы захватывали жители посёлка Кудеяра, но если появлялась бригада из пос. Кудиновского во главе с братьями Маркиными, Лавровыми, Герасимовыми, то кудеярские ребята им уступали место. Особенно выделялся силой, ростом, рассудительностью Маркин Матвей Тимофеевич. (Об этом рассказывали старшие братья).
В 1957 году в дер. Рессета организовался свой тракторный стан. Механизаторами работали: Пётр Прохорович Ермошин, Афанасий Павлович Ерёмин, Пётр Прокопьевич Ермошин, Юрий Владимирович Шашков, Фёдор Герасимович Герасимов, Павел Патрикеевич Ермошин, Леонид Остапович Герасимов, Фёдор Прохорович Ермошин. Комбайнёром был Пётр Иванович Герасимов.
Шофёрами работали Ерёмины Семён Иванович и Александр Иванович. Слесарями колхоза были Герасимов Михаил Иванович, Шашков Александр Фёдорович, Герасимов Александр Демьянович. Кладовщиками на складе работали Рыгалин Тимофей Лазаревич, Герасимова Евдокия Яковлевна. Вырос в колхозе и животноводческий комплекс. Как до войны, так и после в хозяйстве разводили кур, гусей, уток и другую живность. Работали Анна Фёдоровна Петрашина, Анастасия Кондратьевна Ермошина. За птицами ухаживала Герасимова Татьяна Ивановна. Свинарками работали Александра Семёновна Ерёмина, Евдокия Яковлевна Герасимова, Нина Фоминична Рящина, Клавдия Григорьевна Петрашина, Александра Антониновна Маркина. За овцами смотрел Павел Иванович Герасимов. В 1958 году пригнали стадо коров из деревни Харитоновка. Пастухами были Малахов Сергей Петрович, Герасимов Демьян Павлович. Доярками работали Анна Ильинична Маркина, Тамара Алексеевна

Шашкова, Татьяна Фоминична Маркина, Мария Ивановна Ерохина, Антонина Павловна Маркина, Анна Андрияновна Ерёмина, Александра Ивановна Ерёмина (награждена орденом „Знак Почёта“ за высокие надои молока), Аграфена Ивановна Тимошинина — свидетель Рессетинской трагедии. В 1959 году колхозы: „Новый мир“ (д. Рессета, Ловатянка и другие посёлки), „Имени Сталина“ (Фалеевка, Харитоновка), „Красный партизан“ (д. Мокрые Дворы) объединились.
Слева направо: В Эту пору В КОЛХОЗ приезжает
уполномоченный рккпсс новый председатель, молодой,
самохоткин сл, красивый мужчина, двадцатипя-
ппепсепатель колхоза г _» ,.
•Новыймир"Гришин титысячник с семьей, Николаи
Николай Давыдович. ДаВЫДОВИЧ ТрИШИН.
Председатель пришёлся колхозникам по душе: деловой, энергичный. Осветились дома и улицы Рессеты и близлежащих посёлков и деревень электрическим светом местных подстанций Рессеты и Ловатянки, которые обслуживали Фёдор Герасимович Герасимов, Алексей Яковлевич Герасимов, Александр Макарович Рыгалин. Подстанции работали до 12 часов ночи. Иногда по просьбе жителей и дольше. Стала оставаться молодёжь в колхозе: доярки, свинарки, птичницы, телятницы. Молодые ребята и некоторые мужчины уезжали учиться в Шамордино (Козельск) в училище механизаторов. Приезжали молодые специалисты, весёлые, радостные, в красивой форме, с планами на будущее. Это были: Ерёмин Александр, Карпов Фёдор, Наседкин Иван, Петрашин Фёдор, Терехов Сергей, Ермошин Павел и другие. На колхоз «Новый мир» обратили внимание районные власти. Появлялись в колхозе представители района, в частности, уполномоченный Самохоткин Сергей Андриянович, инструктор райкома партии; редактор газеты «Ударник» — Бутовский Геннадий Николаевич, сын командира партизанского отряда Бусловского Н.И и другие. Люди стали жить лучше и получать на трудодни немного зерна и другой сельскохозяйственной продукции, колхоз выделял лошадей для нужд колхозников. Оказывалась помощь колхозу Берестнянской МТС, где работал Ерёмин Анатолий Семёнович и его племянник Яков Фомич Ерёмин, герой Французской республики.
В колхозе создаётся полеводческое комсомольско-молодёжное звено по выращиванию кукурузы, руководимое красивой, энергичной девушкой — специалистом, окончившим Сатинскую школу пчеловодов, овощеводов, садоводов, Маркиной Матрёной (Мариной) Родионовной. Звену отвели 3 гектара земли напротив тока (за усадьбой Кондрашкина Григория Елисеевича) для выращивания кукурузы. В основном ухаживала за кукурузой комсомольская бригада. В неё входили: Маркина Матрёна (Марина) — звеньевая, её сестра Вера (мои сёстры), Петрашина Клавдия, Волчёнкова Раиса, Ерёмин Анатолий, Герасимов Фёдор (баянист), Герасимов Александр, Ерёмин Андрей, Ермошина Александра. Помогали и другие молодые специалисты: Лидия Ивановна Гусева, Александра Родионовна Маркина, Мария Петровна Ермакова, Тамара Петровна Лёвкина.
Звеньевая — Молодёжная бригада на участке кукурузы
Маркина Матрёна Слева направо: Петрашина Клавдия, Волчёнкова (Марина). Раиса, Лёвкина Тамара, Гусева Лидия Ивановна,
Маркина Вера, Маркина Мария Петровна.
Был выращен высокий урожай кукурузы — 650 центнеров с гектара. Члены бригады отмечены за ударную работу Почётными грамотами РК ВЛКСМ. Звеньевая Маркина Матрёна не раз награждалась Почётными грамотами Обкома ВЛКСМ и РК ВЛКСМ, а также почётным знаком ЦК ВЛКСМ «За высокий урожай кукурузы» (Всё это хранится у неё как память о комсомольских делах). Почётным знаком ЦК ВЛКСМ были награждены Маркина Вера, Ермошина Александра и другие. Кукурузу возили в Москву на ВДНХ, а значки вручали в Калуге. Кроме комсомольского кукурузного участка, эта культура в конце 50-х, в начале 60-х годов XX столетия занимала в колхозе большую площадь, где работали все колхозники, а во время прополки помогали и дети своим родителям (отводилась на каждого полевода определённая площадь кукурузы) — об этом вспоминают уже 50-60-летние бывшие жители деревни при встрече. Это было любимое детище Генерального секретаря ЦК партии Н. С. Хрущёва. Теплолюбивую культуру он ввёл на полях многих областей Советского Союза. Кукуруза шла на корм скоту, из неё делали сочный силос. Початки кукурузы в наших местах до полного созревания почти не доходили. Но дети, да и взрослые, любили погрызть сочные, сладковатые зёрна кукурузы. Много хлопот доставляла эта культура. Тогда популярной была частушка:

Кукуруза — молоко, кукуруза — сало,
Через эту кукурузу выходных не стало.

Под руководством Маркиной Матрёны (Марины) был разбит колхозный сад на площади три гектара. Он располагался за домом учителя Ефима Алексеевича Волчёнкова, где работали многие колхозники, а в ночное время, когда были весенние заморозки, комсомольцы под руководством звеньевой выходили спасать сад. Они жгли хворост, навоз, мусор, окуривая деревья, над деревней стелился дымок в виде тумана.
В колхозе выращивалось много культур: гречиха, (где постоянно жужжали пчёлы, собирая нектар), лён, рожь, просо, конопля, капуста, картофель, свёкла. В одно время в дер. Рессета была колхозная пасека, за пчёлами ухаживал Маркин Тимофей Михайлович — мой дядя. Пчёлы имелись и в личных хозяйствах многих жителей Рессетинского сельсовета. Помню, мы, дети, натерпелись от них неприятностей летом во время роения пчёл, когда качали мёд. Конечно, на большие семьи было мало мёда, но всё равно нам изредка приходилось полакомиться медком с хлебом или свежими огурцами (очень вкусно).
Жарким летом, мы ещё жили в посёлке Кудиновском, пчёлы начали роиться. Около колодца были привязаны телята: наш и дяди Тимофея. Вдруг несколько роёв налетели на них. Послали брата Фёдора отвязать телят, чтобы их пчёлы не закусали. Брат был в шароварах. Пока он отвязывал бедных телят, на его шаровары

налипло столько пчёл, что шаровары у Фёдора соскочили от тяжести. Он прибежал домой в одних трусах и в сетке. Теленка одного пришлось зарезать, пчёлы его сильно покусали, а другой выжил, ходил с больными ушами. Вот такой произошёл казусный случай. Было досадно, жалко телят со звёздочкой на лбу и маленькими рожками. Это запомнилось надолго.
Зимою в колхозе работы было меньше, поэтому женщины могли заняться другими делами, которых в больших семьях было достаточно: они чесали шерсть «волну» большими деревянными гребнями, потом на самопрялках пряли из неё шерстяные нитки. Нас, детей, не допускали до самопрялок, чтобы мы не запутали струны в колесе. Мамы, бабушки, старшие сёстры, невестки из ниток вязали варежки, носки для детей. Очень они были тёплые, но рвались быстро. Ещё готовили материал для попонок и половиков: резали, рвали ленточками ветошь, Рвать и резать тряпки помогали дети, закручивали ленты по цвету в клубки. Это мы делали с удовольствием. Много тряпья нам привозили тёти из Москвы. Мы разбирали мешки с тряпьём и радовались, когда находили чулки, носки, поношенные платьица, юбки, кофточки. Выбирали для себя какую-то одёжку, что-то подправляли, и получался наряд. Такая радость была для нас! Остальное шло на тряпки. В домах устанавливали ткацкие станы. Наши мамы и бабушки садились за них и ткали. Нам нравилось смотреть, как ловко в руках женщин мелькал челнок с разноцветными лентами, а потом выходил красивый кусок ткани. Работа эта была длительная. Иногда стан стоял в доме месяц, а то и больше. Мы, детишки, ухитрялись без родителей забраться за стан и попробовать ткать, но у нас ничего не получалось, только запутывали нитки, мамы нас не очень ругали, они с нашим «тканьём» быстро справлялись. Ткацкие станки делали наши отцы.
Сами мужчины умели делать некоторые детали для самопрялок, могли их починить. Когда женщины заканчивали ткать, стан разбирали и прятали его запчасти в определённое место до следующего года. Из сотканного полотна сшивали попонки, которые до начала 60-х годов XX века служили простынями, использовались также вместо одеял. Со временем, когда появились простыни, одеяла, женщины стали ткать полотна для половиков. Красочные половики стелили на пол, и в доме становилось наряднее, а на душе теплее. У каждой хозяйки было своё изделие, отличное от других. Жители деревень плели лапти, потому что другой обуви у многих не было вплоть до конца 50-х годов. Но в некоторых семьях имелись валенки и другая обувь по сезону. Мужчинам тоже хватало дел: помогали дома по хозяйству, делали детям лыжи, санки, подшивали обувь, занимались изготовлением саней, телег для колхоза, изготавливали бочки, кадки для семьи и на продажу. Мне вспоминается, как мы с папой возили на базар посёлка Еленского кадушки на лошади. Я иногда забиралась в кадушку и некоторое время ехала внутри неё.
Вокруг деревни был сплошной лес, поэтому колхозники весной сплавляли его по реке Рессете благодаря низким берегам и широким разливом в половодье.
Весной делали плоты, скрепляя их кольцами, раб0т, была трудная и опасная. В детстве мы приходили не ра! в то место, откуда отправляли плоты. Стояли на тех плотах, было интересно и страшно! х
Сплавляли лес по рекам: Рессете, Жиздре, Оке вплоть до Ступино Московской области. На каждом плоту стоя/] человек. Сплавщиками были: Иван Павлович Герасимов Афанасий Павлович Ерёмин, Иван Алексеевич Кондрат’ кин, Родион Михайлович Маркин и его сын Николай Фёдор Фёдорович Сомкин, Иван Елисеевич Кондрашкин| Антон Ефимович Ермошин, Иван Васильевич Логвинов и его сын Анатолий, Фёдор Афанасьевич Петрашин, Пётр Васильевич Ерёмин. Возвращались домой к Троице.

Жизнь в колхозе немного улучшалась, но всё равно приходилось очень много работать. Тяжёлым был труд на фермах, на скотных дворах, в полеводстве. Пытались механизировать труд доярок, скотниц: одно время оборудовали механизированные подвесные дорожки, чтобы вывозить навоз со скотного двора, сделали для телят и коров автопоилки. Механизировали дойку коров. Часто это всё ломалось, со временем приходило в негодность. Дети-подростки приходили на помощь своим родителям: поили коров, убирали навоз в телятниках, раздавали корм. Также подростки работали на уборке картофеля, прополке и уборке кукурузы, свёклы, на сенокосе; во время сева зерновых вручную они были метчиками, чтобы зерно ровными рядами ложилось в землю. Молодёжь и подростки постоянно работали на гумне: сушили, веяли зерно. Вся эта работа производилась в ночное время. Работали с шутками, со смехом, с прибаутками. Мы тоже принимали участие в сушке зерна.
Государство особой помощи не оказывало селу, мало уделяло внимания, видимо, не хватало средств и времени. Дороги в районе были очень плохие, особенно в осенне-весенний период. Добраться до Хвастовичей по необходимости было проблемой, а путь был не маленький: 18–23 километра от Рессеты. Изредка ходили машины — полуторки с низкими бортами, трактор «Беларусь», да иногда промчится «козелок» председателя колхоза или райкомовского представителя. Так что добирались жители пешком до района. В конце 50-х годов произошёл на дороге трагический случай. Молодая колхозница Тамара Шашкова поехала с трактористом на тракторе «Беларусь» до Хвастовичей на встречу с отцом, чтобы забрать его к себе жить в Рессету. Дорога была грязная, кругом рытвины и ухабы. На середине дороги они застряли в грязи, стали выбираться, и трактор перевернулся. Женщина погибла. У неё остались двое маленьких сыновей. Их воспитывала бабушка, Екатерина Николаевна Комарова, учительница. Жители Рессеты переживали эту трагедию и старались помочь семье. Бабушка не бросила детей, не отдала в детский дом. Нелёгкая колхозная жизнь не устраивала молодёжь, стремившуюся уехать в другие места, чтобы за труд получать зарплату. Колхоз противился этому, паспорта молодым не выдавали, чтобы задержать их в деревне. Давали некоторым только справки на три месяца. Но всё-таки парни и девушки ухитрялись любыми путями бежать из колхоза в город.
Отъезд из деревни молодёжи начался с 50-х годов прошлого века. Уехали в Донбасс на шахты: Рыгалин Остап, Герасимов Александр, Носов Алексей. Трое братьев Алёшиных (из деревни Ловатянки) уехали в город Норильск. Девушки уезжали на торфоразработки: Маркины Варвара и Александра Антониновны, Исаева Екатерина, Ермошина Мария, Ермошина Александра, Маркина Анастасия, Газина Полина, Груша «Лапа», дочери Герасимова Самуила, сёстры Герасимовы, сёстры Логвиновы Малахова Антонина, Петрашина Марфа. Это было в 50-е годы XX столетия. Они ехали, чтобы заработать себе приданое. Наш отец своих старших дочерей не отпустил на торфоразработки. Труд был очень тяжёлый. Папа хотел, чтобы его дети учились, да и у нас было стремление к учёбе. Многие из молодёжи, уехавшие из колхоза, после не вернулись в деревню. Уезжали по комсомольским путёвкам в город Братск, на Ангару, в Кемерово, в Магнитогорск, в Москву на строительство метро, на целинные земли. Ребята, отслужив в рядах Советской Армии, редко возвращались домой, устраивались на стороне, зарабатывали деньги, обзаводились семьями. Подрастали дети войны и включались в колхозную жизнь, но их было значительно меньше. К концу 50-х годов учащиеся Рессетинского сельсовета, закончив Мокринскую семилетнюю школу, стремились получить среднее образование. В то время, когда мы учились, сдавали экзамены за 4,5,7,10 классы. В Еленскую среднюю школу пошли учиться: Антонина Петракова, Татьяна Маркина, Иван Логвинов, Пётр Зайцев, Валентина Маркина, Александр Ермошин, Константин Нечаев. Дудоровскую школу успешно закончили Фёдор Маркин, Сергей Тарасиков, в Милееве учился Валентин Рыгалин и другие. Наши юноши и девушки учились и в средней школе села Хвастовичи. Позже открылись средние школы в Берестне и Колодяссах. Это уже было ближе к дому, и учащиеся наших мест получали среднее образование в этих школах (мои племянники и их ровесники). В последнее время существования Мокринской школы, в здании детдома был открыт интернат для детей, которые ходили в школу за 5–8 км (Рыгалина Нина, Алёшина Анна) и другие.
В Еленскую среднюю школу мы пришли из деревень, сёл, маленьких посёлков, боязливые деревенские ребята и девчата. Посёлок Еленский нам казался городом. Мы ведь почти нигде не были, кроме своего родительского гнезда. Потом постепенно сдружились. Из двух восьмых классов остался один, многие ребята в начале учебного года ушли. Тем более детей нашего военного времени было мало. В классе осталось 22 ученика. Помню до сих пор всех учеников и учителей. Жаль, что многие учителя и даже некоторые одноклассники уже ушли из жизни. Наши преподаватели были высокообразованными, добрыми, умными, старались нам давать глубокие прочные знания по всем предметам и воспитывали любовь к Родине, к труду, к людям труда. Среди них были: директор школы — Калинкин А.А., Галкина Н.М., Изотова М.П., Авдеева Д.И., Иванова М.Н., Рогачёва Р.Т., Ермакова А.Я., Сычёва А.Я., Гришакова В.Ф., Баженова Л.М., Гутерман Н.С., Лысак И.А., Мамичев М.Ф., Свиридов Е.Е. и другие.
Многие из одноклассников поступили в институты и другие учебные заведения, потом добросовестно работали на благо своей Родины. В эти годы учащиеся особенно увлекались чтением художественной литературы, знали наизусть стихи классиков: А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, увлекались стихами Сергея Есенина, его творчество ещё тогда было запрещено, но мы читали. Учиться в средней школе было интересно, мы уже становились девушками и юношами, симпатизировали друг другу, узнали первую любовь, которая огнём обжигала наши души. Иногда нас одноклассники приглашали в кино. Весной собирались на опушке леса, играли в ручеёк вокруг молодых берёзок, в лапту, слушали заливистые трели соловья. Кругом расцветала земля: разносился далеко запах белой черёмухи, чуть позже в воздухе разливался нежный аромат белой и светло-фиолетовой сирени. Мы искали на счастье цветочки сирени с пятью лепестками. Занимались спортом, любили спортивные игры: баскетбол, а особенно волейбол. Вечерами часто у школы взлетал над сеткой волейбольный мяч.
Школа средняя в посёлке В восьмой класс нас позвала Деревенских тех девчонок И мальчишек из села.

Знаний много получали
От своих учителей.
Ведь они ночей не спали,
Чтоб из нас сделать людей!
Аттестаты нам вручили,
Выпуск был всё ж неплохой.
Честь, хвала тем, кто учили,
Кто болел за нас душой!
Как же хочется, порою,
Очутиться в том краю,
Гце стоит родная школа,
Вспомнить молодость свою.

(Из стихотворения «Школьные годы»)

Интерната при школе не было, мы жили на квартирах у знакомых и родственников. Учась в школе, стремились на выходные ехать домой, где ждали друзья, родственники, родители, (они уже оставались дома одни, скучали). До дома добирались пешком, иногда на поезде до ст. Кудеяр, а там опять пешком. Вечером ходили в клуб на танцы, смотрели фильмы, играли в волейбол. Эта игра в нашей деревне была самая распространённая среди молодёжи. Да ещё футбол. Тогда телевизоров не было, а мужчины болели за свою футбольную команду. Носили с собой маленькие приёмники, транзисторы и слушали спортивного комментатора Николая Озерова о футболе и другие спортивные новости. В одно время в Рессете даже было две волейбольных площадки.

Волейбол для меня и многих моих друзей был самым любимым видом спорта. Где бы я ни была, с волейболом не расставалась никогда, играла до самой пенсии. Учила и своих собственных детей этой игре и, работая в детском доме, играла с детьми детского дома. Им нравилась эта игра.
Осенью ездили в колхоз на уборку картофеля, конопли в село Мойлово вместе с директором школы Калинкиным А. А. Это был довольно-таки весёлый, эрудированный человек, понимал детей, находил с ними общий язык, но строгий. С ним было интересно работать и общаться. Ребята вечером в клубе угощали нас конопляными семечками. Даже никто тогда не подозревал, что листья конопли впоследствии станут наркотическим веществом и принесут много горя и бед для молодёжи и их родителей, и не будет уже возделываться конопля на полях, и мак расти в огородах.

Сегодня эти парни не проснулись,
Не рассчитали дозу наркоты.
Их матери слезами захлебнулись —
Как пережить? Где слов для них найти?
Войны ведь нет, а гибнут постоянно —
Отравлена сегодня молодёжь:
То курят спайсы, то в угаре пьяном,
И жизнь для ник как будто медный грош.
О, Русь моя! Страдалица Россия!
Ты молодёжь свою побереги —
Она твоя надежда, твоя сила…
Ты выжить ей сегодня помоги.

(Из стихотворения *0ни ждут помощи от нас»)

Но не всегда так было. Испокон на Руси крестьяне выращивали коноплю. И ни одному растению они не уделяли такого пристального внимания. Да это и понятно: не мог мужик обойтись без пеньки. В старину полотно для одежды и постели, домашние верёвки и упряжь для лошадей, рыбацкие сети, паруса и морские канаты — всё делалось из пеньки. Нельзя на Руси было жить без конопли. Конопля в дореволюционной России была тем же, что сейчас нефть. Количество наименований изделий из конопли достигает шести тысяч! Это бумага, древесноволокнистые плиты, древесный спирт, метан, бензин, джинсы. Даже ценимый нашими олигархами доллар изготовлялся из конопли. Предприимчивый Пётр1 серьёзно занялся конопляным бизнесом. Он ввёл государственную монополию на экспорт пеньки и сам лично проверял качество. Ведь она поставлялась за границу — в Англию, Голландию и прочие морские державы. В то время доходы от экспорта пеньки занимали второе место в казне Российской Империи. Бумага из конопли по всем статьям превосходила дюпоновскую (предприниматель Дюпон изготовлял бумагу из древесины, что было намного дороже, чем из конопли). Из конопли можно варить вкусную, без всяких вредных примесей, кашу. Конопля не только зерно и масло (дорогущее и вкуснейшее), но и солома. В Германии из неё делают прекрасный утеплитель. В тех местах, где существовали конопляные поля, народ был красивый и здоровый. Сейчас в России
стоит вопрос о том, чтобы вернуться опять к выращиванию ценнейшей зерновой культуры.
В Еленской школе работали спортивные секции, драмкружки и другие кружки по интересам. Девушки и парни изучали машиноведение, проходили, кроме теории, и практику на полуторке, но времени на это отводилось мало, особенно девчонкам. Работали в слесарной мастерской. А в 9 классе ходили еженедельно на стекольный завод, и нас мастера учили работать на станках, на которых изготовляли различную посуду для фармацевтической промышленности. Это нам очень нравилось. Работали на конвейере, по ленте которого передвигалась готовая продукция, а мы тщательно отбирали бракованные изделия, занимались упаковкой посуды в мешки. Летом, в конце 9 класса, у нас была месячная практика. Мы на совесть отработали её, и нам вручили свидетельства, которые давали право самостоятельно работать на заводе. Некоторые учащиеся после школы остались там работать. В этой школе мы вступили в комсомол, комсомольские билеты нам вручали в Хвастовичском РК ВЛКСМ. Ездили на открытой полуторке в кузове в феврале месяце. Столько было радости и счастья, когда вручали красный комсомольский билет, а на груди засиял комсомольский значок! Комсомол оказывал на нас большое положительное влияние. Старались лучше учиться, больше познавать мир, делать добрые дела. Конечно, дел великих не вершили, но где нужно, помогали. Нам поручались более серьёзные и ответственные дела в школе.

Помню, стала комсомолкой,
На груди значок сиял.
Так стучало сердце бойко —
Зимний вечер, был февраль.
Я стрелой летела к дому
Показать красный билет.
Мне казалось, что знакомый
Улыбался мне вослед.
Мой кумир, Павка Корчагин,
Вдохновлял меня всегда.
Никакие передряги
Не страшны были тогда.
Мы страной своей гордились
И любили наш народ.
По возможности трудились.
Чтобы шла страна вперёд.

(Из стихотворения «День рожденья комсомола»)

  1. Комментарии (0)

  2. Добавить свои
Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

  1. Опубликовать комментарий как Гость.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением